Кажется, для начала учебного года случилось слишком много событий. Саша тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Унылая серая аудитория казалась продолжением короткого, тревожного сна.

Он уже несколько минут смотрел на строчку в тетради, пытаясь понять, зачем начал её записывать. Преподаватель всё ещё говорил, иногда поворачивался к доске и показывал что-то, какие-то формулы. В аудитории было душно, хотелось спать. А какой вообще предмет? Что-то из математики вроде? Понять, о чём речь, всё равно не получалось. В голове снова звучал Людин голос. Почему она так странно говорила?

Так долго рассказывала, как ей расчёсывали волосы. Придерживали прядь пальцами, чтобы не дёргать, и осторожно проводили костяным гребнем. Почему-то именно это запомнилось особенно хорошо. Не огромные сомы с опасными волками и не походы поссать с двумя телохранителями, хотя тут было над чем поржать. Люда раньше с этого бы угорала, когда рассказывала, а сейчас вроде улыбалась, только как-то иначе. Трудно понять, что именно изменилось. Вроде тот же голос, обычные слова, Горку, как обычно, перебивала, когда он лез со своими вопросами. И всё-таки какая-то тревожная непривычность, словно она вернулась оттуда другой. Или вернулась не она.

Может, конечно, просто устала. Десять часов пролежать с проводами, потом сразу всем рассказывать — тут не до подколов. Это же не обычный сон, в котором мозг отдыхает. Это, получается, она где-то сутки почти не спала. Ещё неплохо держалась после такого. Только ему после погружений хотелось жрать, спать и чтобы отвалили все. Уж точно не хотелось туда, на тёмные улицы, вернуться. А Люда ещё была там, на реке, хотела туда вернуться. Про ребёнка рассказывала, как он первый раз толкнулся, и хотела дождаться рождения. Может, прав Жора, вовремя её Эдик выдернул, до страшных родов с перекусыванием пуповины. Или чем они там её резали, каменным ножом?

Преподаватель замолчал. Саша на всякий случай поднял голову и обнаружил, что тот просто копается в своих бумажках. Посмотрел на доску, механически переписал формулы, вообще не понимая, что они означают. Надо было сфоткать, конечно, потом по интернету найти, а то не факт, что даже переписал правильно.

Телефон коротко завибрировал под ладонью. Саша наклонил экран, прикрывая его тетрадью. В общем чате клуба появилось сообщение Георгия:

«Всем привет! Перенос тренировки длинного меча! Сегодня пойдём заниматься в зал клуба „Круг Тибо“, адрес: улица Сергия Радонежского, 4. Кто собирается — отпишитесь».

Чё за фигня? Саша перечитал сообщение. Отлично. Ещё недавно Жора собирался делать нормальный клуб, искать зал, детские группы набирать. А теперь пойдём к Борису денежку носить. Тому самому, который отжал у них выступление на Дне города, пока Георгий всё уточнял детали. Интересно, а как Люда на это отреагирует? Она же от этого Бориса свалила к нам.

Под сообщением появился первый поднятый большой палец. Потом Гоблин спросил про стоимость разового занятия. Саша коснулся поля ввода, но писать не стал. Не надо выяснять отношения при всех, Георгий тоже заведётся, и получится очередная херня на полдня. Может, у него и правда никаких других вариантов нет.

Когда Саша подошёл, Георгий стоял у входа и смотрел в телефон. После давки в переполненном автобусе настроение было так себе. В университет хотя бы можно было сразу после пар остаться на тренировку, а тут тащиться через полгорода.

— Привет, много народу отписалось?

— Серёга придёт, остальные в субботу попробуют. Тут длинный меч по средам и субботам только, сабля, рапира и меч-баклер отдельно. Написал, через пять минут будет. — Георгий сунул в карман телефон и пожал ему руку.

— А снарягу свою брать не будем?

— Сперва договориться надо насчёт места, цены и вообще. На сегодня, если что, у них клубную попросим. А то вообще без спаррингов обойдёмся.

— Понятно, — буркнул Саша и отвернулся.

— Ты чего такой недовольный? Не выспался?

— Да не... Просто... Мы же вроде у нас в спортзале договорились. А теперь сюда ходить будем?

— Ну сам видишь, как ситуация изменилась? Я две недели отрабатываю, и всё, увольняюсь. Насчёт зала — это Эдику надо было ходить договариваться, а ему не до того.

— Но ты же хотел стороннее место искать и свой открыть.

— Я же не знал, что там наш Эйнштейн сообразил. Не знаю, как для тебя, а у меня мир на «до» и «после» переломился после погружения. Уже два дня прошло, а я всё поверить не могу, что вот это всё... — Георгий широко развёл руки, словно пытался обнять серую осеннюю улицу. — Не сон пьяного викинга, который закусывал мухоморами.

— Нет, мне после погружения так не кажется, — скривился Саша. — Я понимаю, очень круто, что это случилось. Люде вон тоже понравилось и всё такое. Но зачем на поклон к этим идти?

— Ну я чувствую ответственность за других. Хочу договориться, чтобы вы продолжили тренировки. Ты вот сам доказал, что толк от них есть. Применил, так сказать, в боевых условиях. Я сейчас хочу сосредоточиться на погружениях, даже работу сразу не буду искать. Эдуард тем более сейчас никого тренировать не сможет.

Саша поднял голову и посмотрел на вывеску. Название клуба было выведено крупными готическими буквами над отдельным входом сбоку от витрин. Старый двухэтажный особняк недавно отремонтировали: светлая штукатурка, белые наличники, тёмные водосточные трубы, даже ступеньки целые. Над окнами второго этажа сохранили лепнину, а под крышей торчали две довольные каменные рожи. Та, что справа, кажется, показывала язык.

Внизу находился спортивный магазин. За стеклом стояли манекены в тренировочной одежде, висели боксёрские перчатки, а ближе к двери выставили фехтовальную маску, нагрудник и две пары тяжёлых защитных перчаток. На подставке лежал меч с загнутыми концами гарды. Ценник Саша разглядел и сразу решил, что заходить необязательно.

— Но для этого тебе самому приходить на тренировку необязательно, — повернувшись обратно, заметил Саша. — Ты мог и просто так попытаться договориться отдельно.

— Ишь ты, молодец, проницательный, — кивнул Георгий. — Ещё одна причина есть. Я искал, кто бы мне с твоим случаем помог. И тут вот есть вариант, оказывается.

— С каким моим случаем?

— С поиском доказательства твоего попадания во Флоренцию. Архивы по тому времени есть. Но вот оцифрованы и выложены в сеть далеко не все. Кроме того, могут быть отдельные семейные архивы: если так погиб отпрыск уважаемого рода, такое тоже может быть зафиксировано.

— Ты это уже говорил, а фехтование тут причём?

— Сам знаешь, с последними событиями такая история, что европейские учёные не очень хотят на контакт идти. А уж предоставлять доступ к архивам — тем более. Нам нужен человек с личными связями. Мне один приятель подсказал, тоже уже профессор. У них там девочка — доцент на кафедре. Она медиевистка, но больше Францией занимается. Но до того, как всё началось, успела по Европе поездить. И вот у неё есть друзья-коллеги итальянские.

— Так а клуб причём?

— Ну вот эта девушка тут у Бориса тренером на длинном мече подрабатывает. Я так понял, она и по Европе ездила не столько по конференциям, сколько в турнирах участвовала, — пояснил Георгий. — Вот я и хочу познакомиться. Но с порога всё выкладывать не хочу, сначала просто поговорим, а потом осторожно.

— А, теперь ясно, — кивнул Саша. — Но почему нельзя было к ней на кафедру прийти с вопросами?

— Потому что история странная. Вопросы начнут задавать, а там на кафедре в Академии управления и другие сотрудники есть, — терпеливо объяснял Георгий. — У нас и так четыре человека знают про Ксифохрон. Надо сохранять тайну и... Так, всё, вон Серёга машет. Потом поговорим, не болтай, главное...

Саша коротко кивнул.

— Здорово, народ! Вы чего мёрзнете?

Серёга подошёл сзади и хлопнул Сашу по плечу. Круглое лицо раскраснелось, из-под расстёгнутой куртки торчал ворот футболки.

— Вы ж написали, что ждёте, я бегом от остановки. Думал, опаздываю уже.

— Нормально, успеваем, — кивнул Георгий.

— Пойдём тогда. — Серёга первым взялся за дверь.

За входной дверью оказалась небольшая прихожая и широкая лестница на второй этаж. Магазин занимал весь первый, его было видно через стеклянную перегородку. Внутри продавец что-то показывал покупателю на экране, а над прилавком висели сабли и рапиры. По другую сторону лестницы стояла стойка с рекламными листовками клуба.

Поднимались под звон ударов. Где-то наверху часто и сухо сталкивались клинки, потом раздался смех и чей-то голос потребовал повторить ещё раз.

Весь второй этаж занимал клуб. Сразу от лестницы расходился коридор, у стены стояла скамья, над ней висели фотографии с турниров. Дальше за стеклом поблёскивали кубки: высокие, маленькие, с фигурками фехтовальщиков и без. Несколько уже не помещались в шкафу и стояли сверху. Соседнюю стену почти целиком закрывали грамоты и медали на разноцветных лентах.

Серёга притормозил возле шкафа.

— Ни хрена у них тут.

Георгий ничего не ответил.

Из коридора открывался большой зал с высоким потолком и двумя рядами окон. Пол был закрыт ровным спортивным покрытием, на котором цветной лентой обозначили площадки для поединков. Вдоль ближней стены стояли оружейные стойки, на подставке развешены маски. Куртки отдельно, перчатки отдельно, пластиковая защита разложена по открытым ячейкам. Никаких пакетов под подоконником и мечей, которые надо сперва вытащить из-за чужих сумок.

Дальнюю стену занимала роспись. Двое мужчин в широких штанах стояли друг против друга с рапирами, поставив ноги на линии огромного круга. От круга расходились диагонали, внутри были вписаны ещё какие-то фигуры. Саша узнал схему из трактата Тибо, хотя тут её явно упростили ради красоты. Фехтовальщики получились неплохие, особенно руки. Кто-то нормально нарисовал, не просто картинку с проектора обвели.

В зале заканчивала тренировку по военной сабле группа из десяти человек. Пять пар синхронно исполняли классическую защиту-ответ в разные сектора. Кроме них, ещё человек шесть стояли у входов в мужскую и женскую раздевалку. На гостей никто не обратил особенного внимания.

— О, какие люди!

Голос раздался у них за спиной. Из комнаты рядом с лестницей вышел высокий и грузный мужчина в тёмном костюме с жилеткой и при галстуке. На вид немного моложе Георгия, коротко стриженный, с тяжёлым подбородком и гладким розовым лицом. На запястье блеснули крупные часы.

— Жорка! Ты всё-таки добрался, — ухмыльнулся толстяк. — Я на камеру глянул, не поверил сперва.

— Здорово, Царь Борис.

Они пожали руки и коротко обнялись. Борис похлопал Георгия по спине, отступил, оглядел его с головы до ног и спросил:

— Ну что, как в целом? Ты насчёт Дня города пришёл поговорить?

— Ничего, потихоньку. Нет, я по другому вопросу. Ну и вообще посмотреть, как ты тут на новом месте.

— Работаем потихоньку. — Борис широко повёл рукой, предлагая посмотреть на коридор, зал и заодно всё остальное здание. — Ремонт вот закончили. Ещё мелочи остались, но это уже по ходу. Надо было на новоселье приходить, у нас тут праздник был, со свободными поединками, телевидение снимало репортаж.

— Да ну некогда же... На выходном не смог, дел куча, — усмехнулся Георгий. — Зато вот тебе новых бойцов привёл. У нас там зал временно прикрыли из-за ремонта. Вот я и решил, пусть до весны тут у тебя потренируются. Кроме них будет ещё пара человек. Знакомься: Саша и Сергей.

— Борис Андреевич, магистр клуба, — пожимая руки, отрекомендовался толстяк. — Добро пожаловать. Проходите, вон там, на лавочке, у нас переобуваются и уже в сменной обуви проходят в раздевалку. Справа женская, слева мужская. Вы, я так понимаю, пока без снаряжения. У нас есть клубное, для новичков, аренда стоит...

— Вот я и хотел как раз поговорить, — перебил его Георгий. — Насчёт цены и скидок. У нас есть своя снаряга и оружие. Мы просто сюда тащить не стали в первый день. Но так как мы временно, то я хотел попросить взносы на клубную снарягу с моих ребят не брать. Раз уж они со своим и...

— Нет, извини, Жорик, взносы у нас общие, входят в оплату тренировок. — Борис тут же вскинул предупредительно руки. — Никаких скидок. Пробное занятие бесплатное для всех, а дальше извините...

— Даже для старого боевого товарища? — усмехнулся Георгий. — Помнишь, как к нам в лагерь пришёл? Когда твои кореша палатку у воды поставили, а вас на вторую ночь чуть не смыло. Помнишь, кто тебе спальник отдал?

— Ох, ну ты нашёл что вспомнить, — усмехнулся Борис, с неожиданной ловкостью отшагнув от попытки Георгия похлопать его по плечу. — Больше пятнадцати лет прошло.

— Нет, ну как не вспомнить? Помнишь, как я сало учил на костре жарить. Сначала хлеб подставляешь, чтобы жир капал, а потом уже само сало, как подрумянится. Я думал, ты и палку как бобёр сгрызёшь на закуску.

Серёга засмеялся. Борис тоже слегка улыбнулся и поправил галстук.

— Студенты были, чего ты хочешь. Времена сложные. А теперь вот видишь, сменилось всё.

— Вот я и смотрю, ты принарядился, видать, не бедствуешь, а жадничаешь.

— У меня деловая встреча. Тебе повезло, что меня застал, уезжаю скоро. — Борис картинно взглянул на часы.

— Ну понятно, что ты не на тренировку пиджак нацепил и котлы до кучи генеральские, — ехидно усмехнулся Георгий. — Но при таких доходах со своих драть втридорога — это как-то не по-рыцарски, товарищ магистр.

— Жора, ты не представляешь, какой ценой это всё обходится, — скривился Борис. — Меня тут на части все рвут. Я уже забыл, когда за меч брался, всё некогда. То в администрацию на поклон, то в налоговую, то пожарная инспекция. На той неделе пришла и выкатила предписание. Кроме пожарной сигнализации, нужно смонтировать полную систему пожаротушения автоматического. А то у нас пол с покрытием из горючего материала. Я им сертификат, что оно негорючее, а им хер докажешь. Плати или на хер иди. Ты думаешь, я тут заработал на этом что-то, кроме невроза, а?

— Жениться тебе надо, Боря, — улыбнулся Жора. — Жена б тебя научила экономии.

— Ой, сам-то? Что-то не видать кольца, — отпарировал Борис. — Извини, не могу. Свои не поймут. У нас ребята по четыре года занимаются, общую цену платят. А твоим скидка, тогда что я своим скажу?

— Ладно, — скривился Жора, — хватит уже прибедняться. Долгая у тебя встреча? Может, потом придёшь, переоденешься, да и тряхнёшь стариной на ристалище? По-дружески зарубимся.

— Сегодня не получится. — Борис снова взглянул на часы. — Потом ещё одна встреча позже. Я же говорю, нарасхват теперь, на части рвут, всем от меня что-то надо.

— Да мы недолго. До пяти попаданий, чтоб ты не устал.

— Жор, я сказал, не получится. Если тебе прямо неймётся, вон Асю попроси, она всегда не против. Вы же на длинный меч, правильно? Она как раз вам сейчас проведёт. — Борис обернулся и оглядел зал. — В раздевалке, наверное, сейчас выйдет.

— Да, я видел в расписании: Анастасия Ильинична, — кивнул Георгий. — Даже не поверил сперва. Борь, как ты дошёл до жизни такой, что тебя девушки длинный меч тренируют?

— А ты посмотри, как она работает, — усмехнулся Борис. — И ради бога, не называй её «Анастасия». Хуже только если Настюхой назвать. Зови «Ася», пожалуйста, она так привыкла.

Саша невольно хмыкнул. Тревожный тон, с которым Борис предупредил про имя своей подчинённой, выглядел смешно. Вообще этот клоун в костюме выглядел максимально нелепо. Типичный ворюга-чиновник из скетчей «Камеди Клаба», а не мастер меча. Трудно представить, что Люда была влюблена в этого урода, жила с ним и всерьёз хотела выйти за него замуж. Влюблённость в Эдуарда ещё можно было понять. Он хотя бы гениальный учёный, который, возможно, создал изобретение, способное изменить мир. А вот этот что? Ходячий аппарат по утилизации сала, обёрнутый в костюм, и всё.

Саша отвернулся, чтобы Борис не заметил его презрительной гримасы. Между тем саблисты закончили тренировку и подошли к стойкам развешивать маски и расставлять сабли. Георгий махнул рукой:

— Идите переодевайтесь, я вас догоню.

— Только переобуться не забудьте, — поспешно напомнил Борис. — Это покрытие мне слишком много нервов стоило. И кстати, за удары в покрытие у нас штраф пятьсот рублей. Просто так мечом тоже не тыкать.

— Учтём, — кивнул Серёга.

В раздевалке Саша поставил рюкзак на длинную скамью и расстегнул куртку. Тут было тепло, работала вытяжка, вдоль стены стояли металлические шкафчики с номерами. Из душевой доносился шум воды. На свободном крючке кто-то оставил чистую футболку, рядом сушилось полотенце.

Серёга присел рядом и, копаясь в своей сумке, произнёс:

— Ну у них тут, конечно, уровень. Нам далеко до такого.

— Это да, — кивнул Саша. — Но и цены так себе.

Георгий торопливо заскочил через две минуты босиком, держа в руках снятые туфли. Видимо, решил не тратить время на двойное переобувание, а быстрее выйти в зал. Саша надеялся, что Серёга выйдет раньше и удастся обсудить план разговора про древних итальянских родственников. Но тут в раздевалку вошли саблисты, и разговор стал невозможен. Ладно, там по месту сориентируемся.

Из раздевалки они вышли почти одновременно. В зале, кроме них, было семь человек: две девушки и пять парней, которые выстроились в шеренгу не по росту, ожидая тренера. Она появилась со стороны коридора, кажется, была в кабинете Бориса. Или там у них ещё одно помещение, Саша, проходя, засмотрелся на медали и не обратил внимания на двери.

Ася оказалась высокой, сухощавой, с широкими плечами, узкой талией и длинными руками. На вид ей было лет двадцать семь — двадцать восемь, ну точно меньше тридцати. Приятное, чуть продолговатое лицо с высоким лбом, прямым носом и светло-зелёные глаза под тонкими бровями. Волнистые тёмно-русые волосы свободно лежали на плечах, она, кажется, и не собиралась как-то их закрепить на время тренировки. Одета она была в тонкий обтягивающий спортивный костюм чёрного цвета. На груди красовалась красная надпись «Королева клинков».

Георгий шагнул вперёд.

— Добрый вечер. Мы к вам на занятие. Борис сказал…

— Что вы от него? — Девушка перевела взгляд с Георгия на Сашу и Серёгу. — Уже предупредил. Я Ася.

— Георгий. Это Александр и Сергей. Мы из клуба технического университета.

— Очень приятно. Становитесь в общий строй, через пару минут начнём.

Девушка держалась свободно, чуть приподняв подбородок, и смотрела на собеседника прямо, с едва заметной усмешкой, словно уже заметила в его словах какую-то глупость, но пока позволяла договорить.

Ещё три человека подошли чуть позже. Два парня и девушка. Один, кажется, остался заняться на длинный меч после сабли. Ася обвела внимательным взглядом строй и произнесла с усмешкой:

— Здравствуйте, дети мои! Все, кто готовы, — за мной!

Она повернулась и побежала по залу. Строй потянулся следом. Саша обратил внимание, что темп был чуть быстрее, чем они обычно бегали по залу. Но тут и зал побольше. У них там как особо не разгонишься, чуть что — сразу стена.

В остальном разминка оказалась вполне привычной, только Ася не давала подолгу стоять на месте. Закончили одно, сразу следующее, потом взяли мечи и стали отрабатывать движения с мечом. Причём необычные, такие они раньше не пробовали. Ася каждое терпеливо повторяла несколько раз, а потом становилась сбоку строя и строго следила за несинхронной мельницей клинков, мелькавших перед ней.

Георгий сперва молча повторял за остальными, но довольно скоро начал дополнять объяснения.

— Тут ещё важно не забывать про инициативу, — заметил он, когда Ася остановила упражнение. — После защиты мы должны сразу забирать себе «фор», иначе противник…

— Фор унд нах, ди цвай динг, зинд аллер кунст айн уршпринг, — быстро проговорила она. — Это можно отработать только в парах. До этого сейчас дойдём. Пока научимся выходить, не получая по голове.

— Именно, «до» и «после» — основа всего искусства, — с удовольствием кивнул Георгий. — Лихтенауэр. Вы по Рингеку работаете или по Данцигу?

— Сейчас мы работаем ногами. Синхронизируем шаг и взмах. У вас получается неплохо, но нужно работать над скоростью. Повторите ещё раз, — невозмутимо отозвалась Ася. — Григорий, кажется?

— Георгий.

— Замечательно, Георгий. Смотрите внимательно и повторяйте в точности за мной. Отход назад в три шага. Циркел слева, справа циркел, в конце заканчиваем стойкой в плуг.

Саша спрятал улыбку и поднял меч, стараясь повторить циркел — изящное круговое движение мечом из положения меча над головой параллельно полу. Минут через пять Георгий снова вмешался, предложив чуть иначе заканчивать движение.

Саша почувствовал неловкость за Георгия. Тот вроде ничего плохого не говорил, но со стороны уже выглядело так, будто он пришёл проверять, можно ли этой девушке доверить палку.

— Просто любопытно, на какие источники вы опираетесь, — пояснил Георгий. — Тут немецкая школа, сейчас итальянская…

— Димикацио эст диверсарум плагарум ординацио, — отчётливо произнесла Ася и, не дождавшись ответа, добавила: — Вы со мной о программе хотите поговорить? Давайте после занятия. А то остальные пока постоят, послушают.

— Да нет, что вы. Я же не спорю. Я со всем уважением.

Саша уже начал злиться. Можно было нормально ответить, обязательно на разных языках выёбываться? Георгий, кажется, понял только первое. Впрочем, сам напросился, мог бы и потом про книжки поговорить. Он продолжал каждые несколько минут приставать к Асе с вопросами и замечаниями. Саша стоял далеко и за общим шумом не мог расслышать всего. Но, кажется, по недовольному лицу Аси, ей его приколы не слишком нравились.

Во второй половине занятия ученики принялись облачаться в стёганую защиту и надевать маски для парных отработок и спаррингов. Ася подозвала всех троих гостей к шкафу с клубным снаряжением и лично подобрала защиту для каждого. Последним она выдала Георгию, добавив, подавая внушительные перчатки-лобстеры:

— Георгий, вы изволили выразить многочисленные замечания по поводу предлагаемых мной приёмов. Не желаете попробовать их на практике, дабы разрешить все ваши сомнения?

Георгий улыбнулся и провёл ладонью по бороде.

— Я ничуть не спорю, что приёмы красивые, но мы не можем быть уверены, что они эффективны. Я, честно говоря, не очень привык с женщинами сражаться.

— А вы относитесь ко мне как к мужчине, — улыбнулась Ася. — Я привыкла к такому обращению.

— Ну, это будет затруднительно. Вы очень женственны и...

— Это вас пугает?

— Ничуть, это вызывает восхищение. Боюсь случайно повредить вашу красоту синяком.

— А вы попробуйте. Борис вот не сумел ни разу, уверена, и у вас ничего не получится.

Он посмотрел на неё с новым интересом. Ася явно была в курсе их беседы с Борисом и не случайно предложила поединок. Георгий не стал отказываться.

— Давайте попробуем. До скольки попаданий?

— До десяти.

— А кто будет судить?

— Пусть ваши подопечные. Чтобы не было обвинений в предвзятости, — улыбнулась Ася.

В полном снаряжении она казалась заметно крупнее. Стоявший напротив Георгий был ниже почти на полголовы, зато гораздо шире в плечах. Мечи они взяли совершенно одинаковые и заняли позиции по краям ристалища.

Первые несколько секунд они осторожно проверяли дистанцию. Георгий заметно медлил, почти не двигаясь. Ася, забавно подпрыгивая, пару раз приближалась, обозначая удар, Георгий почти не реагировал, только чуть отклонялся назад. Потом Ася неуловимым выпадом щёлкнула лезвием, целясь в правую ладонь противника. Тот успел вскинуть меч, парируя крестовиной. И тут же постарался достать Асю в плечо ответным взмахом. Меч свистнул мимо, совсем рядом. А вот Ася, отпрыгнув назад, низко присела и достала Георгия ударом в локоть.

— Стоп, бой! — крикнул Серёга, почему-то взявший на себя обязанности главного судьи. — Удар-ответ в равнозначные зоны. Никому ничего.

Георгий поспешно вскинул руку и прокричал из-под маски:

— Протестую, господин судья. Я промахнулся в ударе. Зачтите балл прекрасной даме.

— Мерси, монсеньор! — Ася отсалютовала мечом. — Вы благородный рыцарь.

— Бойцы готовы! — продолжил командовать Серёга. — Бой!

В этот раз Георгий сходу бросился в атаку знакомыми Саше мощными ударами. За счёт большой силы рук он наносил их без сильного замаха, но вкладывал в движение мощный толчок всего тела, пружинистый бросок вперёд с полусогнутых ног. Удержать защиту против такого Саше ни разу не удавалось. Под мощным ударом руки просто проваливались вниз, и меч Георгия доставал через защиту. С Асей тоже это сработало. Только она не пыталась удержать мощный натиск, а постаралась отвести клинок в сторону, одновременно отпрыгивая далеко назад, разрывая дистанцию. Но до конца не успела, и клинок чиркнул по предплечью.

— Стоп, бой! — крикнул Серёга. — Одно очко Георгию. Один-один. Бойцы готовы? Бой!

Они разошлись. Теперь Георгий пошёл увереннее, заставил Асю отступить, дважды ударил с разных сторон. Она приняла оба удара и вдруг ответила коротким движением снизу. Георгий дёрнул руки назад, но опоздал.

— Два-один. Бой! — Серёга отказался от длинных формулировок и командовал быстрее.

Следующий сход получился длиннее. Георгий снова атаковал, мечи то скрещивались у самой гарды, то расходились и тут же снова встречались с сухим лязгом. Георгий резко сменил сторону и достал Асю по руке, успев отскочить от ответного удара.

— Два-два. Бой!

Ну вот, нормально. Саша немного успокоился. Жора всё-таки не вчера меч взял.

Только после этого Ася перестала ждать. Она быстро сблизилась, ударила сверху и, почти не отводя оружия, перенесла удар на другую сторону. Георгий защитился, но отступил. Она пошла следом, вынудила его поднять руки и тут же коснулась клинком корпуса в длинном уколе.

— Стоп, бой. Не квалифицирую укол по касательной, — констатировал Серёга. — Счёт прежний, продолжаем.

Ася только пожала плечами. Саше показалось, что укол всё-таки был вполне серьёзный, но влезать он не стал.

В следующих сходах Георгий несколько раз пытался достать Асю мощным ударом, но она ловко уходила в сторону, разрывая дистанцию. Один раз было обоюдное поражение, два удара от Аси Серёга не засчитал. Это возмутило Георгия.

— Протестую, господин судья. Сейчас удар по мне в плечо был.

— Неквалифицированное действие, лезвие плашмя, — тут же нашёлся Серёга. — Саша, подтверди, ты же видел, что плашмя было, значит, никому ничего.

— Ну да, вроде, — рассеянно ответил Саша. — Я не уверен.

Серёга, конечно, откровенно подсуживал Георгию, участвовать в этом не очень хотелось. А Георгий, кажется, играл с Асей в поддавки. Наверное, хотел аккуратно проиграть, чтобы лучше контакт наладить. Дурацкая получилась ситуация, надо было Серёгу предупредить. В итоге могло получиться как с замечаниями по ходу тренировки. Вместо контакта с человеком — только больше его разозлить.

Если бы не Серёгины отказы признавать её удары, бой уже бы закончился её победой. Но Серёга ещё несколько раз не засчитал Асины удары по касательной, но дал баллы за подобные действия Георгия. Бойцы сражались на дальней дистанции, и все удары приходились по вооружённым рукам. Счёт был четыре-четыре, хотя сходов уже было два десятка, если не больше, Саша перестал считать.

Он поймал себя на знакомом ощущении. Вот примерно так он с Людой и рубился. Сначала кажется, что всё нормально, сейчас только поймаешь момент, а потом почему-то уже проиграл и опять не понял, где именно. Только Жора-то матёрый боец. Он на тренировках мог спокойно объяснять чужую ошибку, одновременно защищаясь от ударов, и ещё успевал смотреть, что остальные делают. А тут каждый раз кидается, но не успевает.

Наконец он, кажется, совсем рассвирепел и достал Асю мощным боковым ударом в корпус. Она успела взять защиту, но удар был такой силы, что её меч отбросило в сторону, а меч Жоры отчётливо хлестнул Асю по рёбрам ниже подмышки. Саша поморщился: такой удар мог прийтись мимо пластрона. Это было очень больно.

Георгий, кажется, тоже понял, что перегнул, и, поспешно подняв маску, спросил:

— Извините, я не слишком? Может, закончим?

Ася держалась левой рукой за бок и вскинула правую в пренебрежительном жесте.

— Всё нормально. Боль — это часть игры. Продолжаем! Четыре-пять в вашу пользу, верно?

— Да, но... — начал было Георгий.

— Я готова. Судья?

— Бой! — тут же скомандовал Серёга.

Георгий снова бросился вперёд с мощным ударом. Только в этот раз это был прямой сверху, чтобы не попасть в незащищённый бок. Ася вдруг, вместо того чтобы отступить, рванула навстречу, принимая удар в перекрестье меча на уровне груди. Лезвие Жориного меча звонко лязгнуло о перекрестье. А дальше произошло невероятное. Вместо попытки удержать мощный удар Ася каким-то невероятным движением крутанула меч в руках, одновременно направляя свой клинок вниз. Меч Георгия проскользнул по Асиному клинку вниз, воткнувшись в пожаробезопасное покрытие, а Георгий навалился на него, летя вперёд по инерции. Одновременно Ася сместилась влево тем же коротким прыжком, а её меч, очертив блестящий круг, угодил сокрушительным боковым ударом Георгию в шею, толкая дальше вниз. Георгий, окончательно потеряв равновесие, рухнул вперёд и, выронив меч, покатился по полу.

Саша замер, поражённый зрелищем. Серёга тоже раскрыл рот от удивления. Ася подняла маску и спросила:

— Извините, я не слишком вас задела?

Георгий ответил не сразу. Он сначала перевернулся на спину, полежал так пару секунд, потом медленно сел, стянул маску и, тяжело дыша, проговорил:

— Пожалуй, слишком. Я сдаюсь!

— Но по очкам ничья же! — возмутился Серёга.

— Нет. Пять-четыре, за падение всегда минус балл бойцу, — отозвался Георгий. — Но я сдаюсь в любом случае, ещё раз так не хочу пробовать.

— Прошу прощения. Мне пришлось это сделать, чтобы помочь со зрительной патологией вашего судьи. — Ася сняла маску совсем и тряхнула головой, расправляя волосы.

Её лицо раскраснелось от пота, было видно, что бой ей дался непросто, но глаза блестели от явной радости.

— Ничего страшного. Я впечатлён. Это был ваш приём, я не помню такого...

— Это моя личная доработка шильхау. — Ася обернулась ко всем присутствующим. — Теперь вы видите, о чём я говорю, когда предупреждаю о чрезмерном приложении силы. В таком случае есть риск потерять равновесие и споткнуться о меч противника. На этом тренировка окончена. Продолжим в субботу, всем спасибо!

Саша вздохнул. Таким ударом в Средние века, наверное, сносили головы в бою. Сейчас только толстый намасочник спас шею Жоры от серьёзной травмы. Он совершенно точно не поддавался. Кажется, наоборот. Он вошёл в азарт и потерял контроль, рубился изо всей силы, не сдерживаясь. А вот сдерживалась ли Ася? Или это ещё вопрос? Что-то такое она могла ещё в первых сходах провернуть. Но вместо этого держала дистанцию и пыталась колоть издалека. Или не могла? Но чтобы так кого-то на ристалище уронить, Саша ни разу не видел. А Георгий, поднявшись, впал в какое-то странное возбуждение. Едва они зашли в раздевалку, он заговорил нервным шёпотом, чтобы его слышал только Саша.

— Ты видел? Вот это да... Я охренел, я всякого повидал, но это прям очень круто. Я никогда такого сочетания скорости и техники не встречал. Она меня как щенка размотала. Это вообще...

— Но ты её тоже крепко приложил, — возразил Саша.

— Это фигня. Она сама меня подпустила. Я почувствовал. Провоцировала, а я перестарался. Если бы захотела, на дистанции десять очков нащёлкала без проблем. Тут её Серёга разозлил, по ходу. Так, а где он? Мне ему надо сказать пару ласковых. Что он тут нас позорит?

Саша не спеша переодевался, пока Георгий отчитывал горе-судью в углу раздевалки. Он явно не просил о такой помощи и был очень зол на ученика.

Пристыженный Серёга быстро переоделся и ушёл, а Саша остался в раздевалке один, ожидая, пока Георгий выйдет из душа. Чтобы как-то скоротать время, достал из рюкзака скетчбук и стал набрасывать две сражающиеся фигуры. Хотелось изобразить по памяти внезапный удар, который уронил Жору. Эх, жаль, видео никто не снимал. Так бы посмотрел покадрово, а теперь...

— О, отлично, это тот блокнотик, в котором ты рапиру фотографировал? — спросил Георгий, выходя из душа.

— Да, вот, а что?

— Давай сюда, сейчас нам понадобится. Короче, план такой, если коротко. Ты потомок итальянского архитектора, который приехал в Россию ещё при царе. У него была тетрадь семейных преданий, заметок о предках. И там была твоя история. Типа это твой предок и...

— Но его же убили.

— А... Ну, короче, это брат твоего предка. Украл папину рапиру, семейную реликвию, и пошёл ночью потрахаться. А его убили. А рапира пропала. Осталась только картинка в семейном архиве.

— Блин, чё-то сложно.

— Короче. Ты ничего толком не знаешь, ты только из старой прапрадедушкиной тетради рапиру перерисовал, понял? Остальное я расскажу, — возбуждённо проговорил Георгий. — А ты кивай и помалкивай. Ты переоделся? Давай, хватай рюкзак и пошли, пока эта валькирия не сбежала.

Саша рассеянно кивнул, с трудом соображая, что происходит, и двинулся следом.

Когда они вышли, Ася стояла, сняв защитное снаряжение, но по-прежнему в спортивном снаряжении, и разговаривала с Борисом. Тот сиял от удовлетворения. Саша оглянулся. По углам зала висели видеокамеры. Видимо, этот салоед следил за боем по камерам и ни на какую встречу не ходил, а теперь вылез из своей берлоги позлорадствовать.

— Ну как, вытряхнули из тебя песочек? — усмехнулся Борис. — Хорошо тряхнул стариной?

— Это было потрясающе! — радостно воскликнул Георгий. — Спасибо тебе, Борис, с тобой бы, конечно, так не тряхнул. Я всем нашим настоятельно напишу. Тренировки Аси строго обязательны к посещению. Тут не может быть никаких сомнений.

— Милости просим всех, — гостеприимно развёл руки Борис. — А сейчас...

— Одну минутку. Можно нам похитить на несколько слов твою королеву?

— А что, собственно, вы спрашиваете у него? — словно на выпад меча тут же среагировала Ася. — Я свободна и к вашим услугам.

— Ну вы просто разговаривали.

— Нет-нет, я просто вышел поздравить. — Борис как-то резко сменил тон и поспешно вскинул ладонь. — Беседуйте на здоровье, я в кабинете буду, если понадоблюсь. Но не пытайтесь переманить, я, если что, готов заплатить больше.

— О, это отличный метод повышения зарплаты, — улыбнулась Ася. — Давайте немедленно это обсудим.

Борис удалился с такой быстротой, словно уворачивался от удара мечом. Георгий махнул ему вслед рукой и, повернувшись к Асе, продолжил:

— Нет-нет, я по другому поводу.

— А жаль. — Ася скорчила забавную гримасу. — Но я вас внимательно слушаю.

— Мы, собственно, ещё хотели посоветоваться. Мне вас рекомендовал Игорь Всеволодович, заведующий вашей кафедрой. Мы с вами в некотором роде коллеги, я тоже преподаватель истории. И у меня тут к вам деликатный профессиональный вопрос...

— Излагайте!

— Вот Александр, он ко мне обратился, он мой студент, на архитектурном учится. У него тут любопытная семейная история обнаружилась. — Георгий протянул Асе скетчбук. — Вот смотрите, это их семейная реликвия, он нарисовал по...

Она посмотрела на раскрытую страницу.

— Это вы нарисовали?

— Да, — ответил Саша.

— Можно?

Она взяла скетчбук, повернула его к свету. Георгий придвинулся ближе, Ася принялась листать скетчбук и вдруг замерла на раскрытом портрете Люды. Она очень внимательно вглядывалась в черты. Саша рисовал его по фото, сделанному мимолётно на одной из тренировок. Получилось неловко, он даже Люде его не показывал, хотел приберечь до момента свидания. А тут... Не догадался вырвать листок с рапирой. Теперь придётся про всё рассказывать. А ведь Ася может её знать, она же тут занималась. Вот влип...

Ася перестала любоваться портретом Люды и перелистнула скетчбук обратно к рапире.

— Вы итальянец? — не сводя глаз с наброска, спросила Ася. — Это очень похоже на эфес ранней итальянской рапиры. Примерно середина шестнадцатого века, я полагаю.

— Вы всё правильно поняли. У Саши среди предков был итальянец. Архитектор приехал работать в Россию ещё в девятнадцатом веке. Женился в Петербурге и осел. И в семейном архиве сохранилось предание об одном происшествии. Ещё итальянском. Нам показалось, можно попробовать найти подтверждение. Это как раз предание об утрате этой семейной рапиры.

— Предание сохранилось в архиве?

— Запись предания, да.

— Архитектор записал? Он привёз архив с собой из Италии? Каким годом датируется запись?

— Нет-нет, он не перевозил архив. Он вёл заметки, посвящённые своей семье, её истории. И вот в этой старинной тетради с заметками был один случай об утрате семейной рапиры. И прилагался набросок эфеса, который предок Александра тоже сделал по наброску, который у них остался там, в Италии. Я не могу сказать дату, но точно после шестнадцатого века.

— Копия с копии, копии... Очень любопытно. Для такого копирования вы отразили множество деталей. Очень талантливо. — Ася подняла голову и посмотрела Саше прямо в глаза.

— Спасибо. — Парень коротко кивнул и отвёл взгляд.

— А где он в России работал? — поинтересовалась Ася. — Я могла видеть в Петербурге его работы?

— Это не так существенно для самой истории, — поспешно возразил Георгий.

— Я хочу Александра спросить. Раз он пошёл по стопам великого предка, то...

— У нас немного времени, позвольте вернуться к происшествию, — нервно вмешался Георгий.

— Да-да, конечно, — улыбнулась Ася. — И что случилось с рапирой? Её унесла гигантская адская собака?

Георгий с явным облегчением кивнул и поспешно замотал головой, поняв, что получился глупый жест.

— Нет-нет! Но там тоже любовная история. Женщина замужняя, молодой человек у неё в спальне, неожиданно муж возвращается. Дело как раз во Флоренции, примерно в шестнадцатом веке. Молодой человек бежит, его преследуют слуги, происходит вооружённая стычка. Один из преследователей ранен, потом вмешивается городская стража.

— Молодой человек убегал от слуг мужа своей любовницы и ранил одного из них?

— Предположительно.

— А рапира?

— Принадлежала этому молодому человеку. После происшествия утрачена. Саша хотел бы попробовать её разыскать, всё-таки семейная реликвия.

Ася ещё раз посмотрела на рисунок.

— Простите, я сейчас, возможно, неправильно поняла. Вы хотите найти оружие, которое потеряли несколько столетий назад во время драки?

— Ну, не обязательно прямо найти. Установить судьбу. Может быть, сохранилась в коллекции. Найти упоминание об этом событии и понять, что с ней стало.

— А предку в девятнадцатом веке что мешало это сделать? Или кому-то раньше? — Ася смотрела с нескрываемым ехидством.

— Мы не знаем. Возможно, там было не до того. Все эти мучительные процессы объединения Италии, локальные войны, не до архивов, сами понимаете.

— А молодой человек после вмешательства стражи что сделал?

— Его убили, — не подумав, ответил Саша.

Георгий быстро посмотрел на него.

— Предположительно, — добавил он. — Ну то есть в тексте внятно не сказано, но, кажется, убили.

— Так а я чем могу вам помочь? Вы хотите, чтобы я перевела текст?

— Нет-нет, мы хотели, чтобы вы воспользовались вашими связями с итальянскими коллегами и спросили, нет ли в судебных архивах записи об этой стычке. Там был замешан отпрыск благородного дома, утрачено семейное оружие. Возможно, есть какие-то следы.

Сейчас она спросит фамилию. Интересно, что ей скажет Георгий? Что в дневнике девятнадцатого века написано неразборчиво? Саша чувствовал, что краснеет, склонил голову и стал изображать, что поправляет заевшую молнию на рюкзаке. Кажется, это называется испанский стыд.

— Ага, — серьёзно кивнула Ася. — Значит, он уже про потерю рапиры рассказать не мог. Кто историю записал?

— Я же говорю, предок Саши. Младший брат погибшего. Старший, конечно, не оставил наследников. А младший о нём горевал, и о рапире. Записал, это попало в архив, ну и вот передавалось из поколения в поколение, пока ещё один родственник не привёз это в своём дневнике в Россию... — Георгий картинно развёл руками.

— Хорошо, скиньте мне, пожалуйста, фото. В максимально высоком разрешении. Давайте я вам адрес электронной почты продиктую.

— Фото чего? — нахмурился Георгий.

— Рукописи. Я всё тщательно сама переведу и потом решу, у кого из друзей можно об этом спросить. — Ася широко улыбнулась. — Заодно оценю изначальный рисунок. Может, увижу ещё какие-то подробности.

— Ох, как же мы не догадались сфотографировать, — сокрушённо покачал головой Георгий. — Как-то совсем не подумали.

— Так а рукопись не у вас?

— Она у бабушки, там, в Питере, моя двоюродная бабушка, я там летом был, смотрел, — рассеянно ответил Саша.

— А как фамилия?

— Я не помню. Того предка фамилия была... Гамбоджини. — Саша наугад ляпнул первую попавшуюся фамилию.

— А архив был из семьи по матери, там другая фамилия, ну там, во Флоренции. И там внятно не написано. То есть там было написано, но часть тетради испортилась, она была повреждена при хранении, во время... во время... блокады Ленинграда. — Георгий сочинял историю на ходу. — И теперь есть только фрагмент про предка, рисунок рапиры и описание поединка. Но самой фамилии их семьи на странице нет. Вот. Поэтому важно не только рапиру найти. Но и установить фамилию, и линию предков, и вот это всё.

— Очень интересно. А вдруг это не семейный архив, а художественный роман, который ваш предок сочинял на досуге? — ехидно улыбаясь, поинтересовалась Ася.

— Не исключено, — с готовностью кивнул Георгий, — потому и хочется с этим разобраться. И... Ой, извините.

В его кармане заиграл телефон. Он отошёл на пару шагов и поспешно заговорил так громко, что Саша расслышал:

— То самое?.. Ты уверена? Не слышу. — Он резко развернулся, зажав пальцем противоположное ухо. — Повтори, какой Яр? Так. Где ты сейчас? У Эдика?

Ася, кажется, тоже с интересом прислушивалась к разговору.

— Нет, подожди, неважно, что говорит. Я приеду, уже освободился. И к Эдику вместе тогда.

— Что там? — нервно спросил Саша.

Георгий безуспешно пытался попасть телефоном в карман джинсов.

— Нашла! Поселение, представляешь? Ролики с раскопок, там остров этот, раковины. Говорит, узнала. Она дома, у себя дома, я сейчас её подхвачу и к Эдику. Ты как?

— Ну тоже...

Георгий повернулся к Асе:

— Извините, нам надо срочно ехать. Очень приятно было познакомиться, мы обязательно продолжим. Я постараюсь быть на следующей тренировке.

— Конечно, — ответила она. — У вас, я смотрю, обширный семейный архив.

Но Георгий уже развернулся и рванул в раздевалку забрать куртку и сумку.

Саша потянулся за скетчбуком, но Ася ещё раз перевернула страницу и посмотрела на портрет Люды.

— У вас прекрасно получается, мне как раз нужен хороший художник.

Саша почувствовал, что начинает улыбаться, и попытался сделать лицо поспокойнее.

— Ну я не то чтобы прям художник, так... иногда...

— Хочу портрет с мечом, — продолжала Ася, не обращая внимания на его слова. — Только живой, с динамикой. Если я пришлю фото, сможете сделать наброски? Боюсь, у меня нет времени позировать.

— Думаю, да, ну то есть могу попробовать...

— У вас есть маркер?

— Да, в рюкзаке, секунду.

Он согнулся и через секунду протянул ей красный маркер, но она закатала рукав и протянула ему белоснежное запястье с синей паутиной вен.

— Напишите мне адрес вашей электронной почты. Я пришлю фото.

— Может, лучше телегу?

— Нет, почту, я люблю писать письма.

Саша послушно вывел печатными буквами адрес. Ася не стала закрывать рукав обратно. Из раздевалки выскочил разгорячённый Жора и выкрикнул:

— Саша, ты что там, идёшь? Я твою куртку взял и сменку.

— Да, я сейчас, это самое, переобуться же...

— Давай так, некогда, потом помоешь. Погнали скорей!

— Хорошо, до свидания, приятно было познакомиться, — рассеянно кивнул Саша и махнул на прощанье рукой.

— Ва́ле эт мэ а́ма, — махнула в ответ Ася.

Если история понравилась, пожалуйста поддержи меня финансово, это сейчас особенно важно 

 ПЕРЕЙДЯ ПО ССЫЛКЕ